Что такое PtL Journal?

От начала времен человечество находилось между миром Света и миром Тьмы...


Приветствуем Вас, Гость, на форуме "PtL Journal". В этом журнале будут запечатлеваться деяния совершенно нетайного общества поклонников сериала "Полтергейст: Наследие". Если вы считаете себя таковым – присоединяйтесь! Также мы будем рады видеть в нашей команде всех любителей (и авторов, и читателей) мистических детективов.


Обязательно прочитайте:

Правила чтения / ведения Журнала
FAQ по стандартным функциям

Контакты

Отправить e-mail администрации

PtLJournal в соцсетях

Вконтакте
Facebook
Google+
Pinterest
avatarЛюдмилаПостоянный Участник
Постоянный Участник
Читает журнал с : 2010-10-30

Сообщений : 292

Нравится:
Сообщение 1 | (МС) Жажда победы
Записано в Журнал: в Март 17th 2011, 19:13
- Название: Жажда победы
- Автор: Людмила
- Жанр: Спорт, мистика
- Рейтинг: MS, PG



ЖАЖДА ПОБЕДЫ


Конюшни Брэдли высоко котировались в мире американских скачек, но в последнее время дела у них шли неважно. Вот уже несколько раз им приходилось снимать фаворитов со старта из-за физического состояния лошадей.
- Понимаете, - объяснял нам тренер, - наутро они просто в мыле.
Крупный, высокий мужчина в прекрасно сшитом костюме, он привык приказывать, а не оправдываться неизвестно перед кем. Я рассматривала его, пытаясь составить собственное мнение, независимое от Дерека. Вокруг глаз морщинки, словно он привык постоянно щуриться, волевой, твердо очерченный подбородок, прямой крупный нос, плотно сжатые губы. Я слышала о Рональде Брэдли, что он готовит только победителей, а также то, что он в последнее время сильно сдал свои позиции.
- В конюшне постоянно дежурят два охранника с собакой, но продолжается то же самое. Они обходят конюшню каждые полчаса. Видеокамеры тоже ничего не объясняют… и смотрите, что случилось вчера, - он включил видеозапись. – Посередине – денник Маршала, сегодня я должен был отправить его на скачки в Ричмонд.
На записи сначала ничего не происходило. Потом появился луч света.
- Вот, смотрите, приближаются охранники.
В обзор камеры попала сначала собака. Она принюхивалась к земле, потом неожиданно остановилась перед средним денником. Даже в темноте было видно, как она взъерошилась, медленно стала подкрадываться к стойлу. Подбежал охранник, прижавшись боком к простенку, заглянул внутрь. Собака остановилась, высоко задрала голову, потом, совершенно неожиданно, поджала хвост и убежала.
- Видите? Охранник клянется, что в стойле была только лошадь. – Тренер Брэдли поднял на Дерека несчастный взгляд. – Если мне пришлось отозвать все заявки на скачки, то это конец. Понимаете?
Это значило, что все его вложения в лошадей вылетают в трубу и, вскоре все владельцы разберут своих лошадей по другим конюшням. А Брэдли станет банкротом…

* * *

Конь в стойле вовсе не был похож на призового жеребца. Он стоял на дрожащих ногах, низко опустив голову, и ни к чему не проявлял интереса.
- Видите, что с ним? Несколько месяцев пройдет, прежде чем он вернется в форму. Ветеринар говорит, что его загнали. Как такое может быть? Вечером он был в прекрасной форме а за ночь, в тесном стойле с ним случилось черт-те что!
- Лошади делали анализы на допинг? – спросила я.
- Да. На Маршала будут готовы только завтра, но на предыдущую лошадь… там было все чисто. Проверяли даже на изобутразин этила, от которого лошади приходят в бешенство.
- А что было на месте этих конюшен раньше? – спросил Дерек.
- Тоже конюшни. Они сгорели в сороковых годах.
- Много жертв было?
- Никого. Когда произошел пожар, они уже год, как стояли заброшенными.
Судя по реакции Дерека, и его версия разбилась вдребезги.
- Ну что, вы сможете чем-то помочь? – мистер Брэдли напряженно посмотрел сначала на Дерека, потом на меня. – Или хотя бы узнаете, что происходит?
- Дайте нам пару дней на сбор информации, - Дерек бросил взгляд на измученного жеребца. – Посмотрим, что можно сделать.

* * *

Работа в городском архиве оказалась вполне плодотворной – одна из газет в своей спортивной колонке подробно освещала скачки. В ней-то я и нашла возможную причину событий в конюшне.
Дерек обследовал места вокруг конюшни – в самом деле чисто, никаких следов присутствия потустороннего вмешательства. Он уже предупредил меня, что лошади очень бурно реагируют на колдовство, но обычно все сразу, всей конюшней, а не в одиночно выбранных стойлах.
Дюйм за дюймом, он обследовал и стойло Маршала, пока того прогуливали в леваде – тоже никаких следов. Уже перед уходом прецепт потрепал коня по шее. Видение от контакта было довольно смутным: некто в жокейской форме методично гонял лошадь по кругу, не давая ни на секунду остановиться или хотя бы замедлить скорость.

* * *

Мы договорились встретиться с Дереком в кафе на западной улице. Она так и называлась – Западная, но находилась почти в центре городка населением в одну тысячу семьсот человек. Оружейный магазин, книжный, «тысяча мелочей»… Вот, наконец, и кафе. Не узнать Дерека было невозможно. Настораживало то, что он сидел за столиком у окна не один.
Не один… Напротив него сидела эффектная блондинка в белом костюме, шитом на заказ. Несколько со вкусом подобранных украшений отлично подчеркивали ее природную красоту. Естественная. Живая. Без ложной скромности. Каждая ее улыбка, обращенная к Дереку, словно тупым ножом выцарапывала у меня на душе новую рану. И с чего ради я так реагирую? Дерек никогда мне не принадлежал и не будет принадлежать. Он – сам по себе, я – сама по себе. Точка. Разговор окончен.
Тем не менее, я почувствовала себя неловко в джинсах и клетчатой ковбойке. Стараясь не мешать оживленному разговору, я села у барной стойки и заказала кофе. Номер не прошел – Дерек меня заметил и подозвал к себе. Так, улыбаться, улыбаться и еще раз улыбаться!
- Сильвия, позволь тебе представить, это моя ассистентка, миз Корис. МэлКорис.
Я изо всех сил улыбнулась:
- Рада познакомиться.
- А это Сильвия Брекетт. Кстати, она владелица Маршала.
Ослепительная улыбка в мой адрес.
- Дерек сказал, что вы ищете объяснение всему происходящему на конюшне. Это правда?
- Конечно. Вот сейчас я занимаюсь сбором данных.
Мы немного поговорили о лошадях и о конном спорте. Дерек не особо интересовался этой темой, он больше слушал рассуждения Сильвии об ее любимцах.
- Я уже пятнадцать лет держу лошадей у Рональда. Он потрясающий тренер, но в последнее время… - Сильвия покачала головой, - он постоянно снимает заявки на лошадей. И что только там творится?! Я сегодня с утра приехала посмотреть, как Маршала будут отправлять и что? Он весь в пене, еле на ногах стоит и сухожилия вялые. Понимаешь, что это значит?
Жест Дерека был отрицательным.
- Это значит, что он весь сезон выступать не сможет, у него травма!
- Я смотрел, как его водили в загоне, он не хромал.
- Правда? – в голосе Сильвии слышалось громадное облегчение. – Возможно, просто судороги. Но если он не будет выступать в этом сезоне, его цена упадет. Годовичком он стоил мне больше ста тысяч, а теперь его не продать и за пятьдесят. Я боюсь, что лошадей у Брэдли лучше забрать. И чем скорее, тем лучше.
Взгляд Дерека выражал откровенный скепсис. Сто тысяч за развлечение? Увольте.
Сильвия Брекетт ушла. Дерек допил кофе, задумчиво посмотрел ей вслед.
- Как у тебя успехи?
Я пожала плечами.
- Кое-что нашла. Не думаю, что здесь будет удобно это обсуждать.
В кафе действительно было тесновато. Начиналась трансляция скачек, и в зале было битком, так что официантки с трудом протискивались к столикам. Дерек предложил:
- Обсудим в мотеле.

* * *

Пока Дерек звонил в Сан-Франциско, я влезла в Интернет на поиски информации о Сильвии Брекетт. Скачки и благотворительность занимали практически все ее время, муж – удачливый брокер, дети учатся в дорогой частной школе. В поле зрения Наследия не попадала. Интересный факт – она неплохо зарабатывала на своих лошадях. Редкость для владельца.
Хорошо иметь ноутбук с подключением к Интернету – можно работать, лежа на кровати. Крохотная комната в мотеле не предусматривала таких удобств, как письменный или хотя бы журнальный стол: практически все место занимала огромная двуспальная кровать. Из мебели присутствовал еще телевизор с видеомагнитофоном и встроенный шкаф. У Дерека номер – точная копия моего, к тому же смежный с моим, с межкомнатной дверью.
В нее и постучали.
- Не заперто.
Забавно, в дверной ручек был замок, но его легко было открыть легким поворотом защелки. Запирался он с обеих сторон.
Вошел Дерек, взглянул на открытый монитор.
- Проверяешь мои контакты?
- Кто-то же должен это делать, - я покраснела. Как будто оно мне надо – лезть в его личную жизнь. У меня своих проблем хватает!
- Не сердись, - Дерек помолчал, потом присел на край кровати. – Знаешь, твои эмоции фонтанируют через край. Не надо быть экстрасенсом, чтобы их уловить.
Черт побери! Как же так?! Я глубоко вдохнула, потом задержала дыхание, пытаясь взять себя в руки. Это ж надо так промахнуться!
- Не знала, что ты такой чувствительный.
- А обычно я и не слышу чужих эмоций. Как тебе удается их так быстро прятать?
Я представила себя глыбой льда. Да, я ревную Дерека, хоть и не имею на это никакого права. Теперь придется тщательней себя контролировать в эго присутствии. Я вздохнула:
- Давай поработаем.
Моя версия, обнаруженная в архиве, показалась Дереку неубедительной.
- С чего ты это взяла? Объясни. Он ведь столько лет себя не проявлял.
Вспомнились слова Рейчел, обращенные к Алекс в одной из серий: «Дерек любит поспорить». Ладно, так и быть, будем доказывать свою версию.
- Начну с самого начала.

* * *

Жизнедеятельность этого городка начиналась именно с конюшен. Основанные в начале девятнадцатого века, тренеры из этого города поставляли лошадей на все крупные скачки окрестностей.
В тридцатых годах двадцатого века здесь начал работать молодой жокей, Филипп Коул. Он долго добивался успеха, несколько лет подряд входил в десятку лучших жокеев страны, но титул чемпиона ему не давался. В тридцать восьмом, он, наконец, подошел вплотную к этому титулу. Оставалось победить лишь в главной скачке сезона – Кубке Чемпионов в Вашингтоне. На эту скачку была заявлена лучшая лошадь конюшен, да и практически лучшая лошадь страны –Полуночный Экспресс. Угольно-черный, без единого белого пятнышка конь был в идеальной форме и шел несомненным фаворитом.
Во время скачки что-то произошло, и Экспресс пришел последним. Филиппа вызвали к распорядителям скачек, обвинили в том, что он придержал лошадь и едва не лишили лицензии. Тренер, Константин Смит, тоже обвинил его в проигрыше и отказался от услуг Филиппа. Новости быстро распространились, и карьера почти чемпиона лопнула как мыльный пузырь.
Ветеринар после обследования заявил, что допинг на лошади не применялся, но она просто-напросто вымотана до предела и, скорее всего, в этом виноват жокей. Коул оправдывался, как мог, он объяснял, что лошадь уже перед началом скачки была в таком состоянии, но его никто не слушал. Лицензии его не лишили, так как доказательств придержания лошади ни у кого не было – Филипп вел скачку по всем правилам, за фаворитом следили тысячи глаз и десяток кинокамер на всем протяжении дистанции, но выступать его не приглашали. Вскоре после возвращения в город жокей покончил с собой.
В конюшнях стали происходить странные вещи – фавориты, в ночь перед тем, как отправиться на скачки, теряли форму, как будто кто-то их безжалостно загонял. Владельцы, не получая никаких результатов от лошадей, развезли их по другим конюшням. Бизнес Константина Смита рухнул, он уехал из города. И в сорок первом году старые, заброшенные конюшни сгорели.
- И что это доказывает? – спросил Дерек. – Эти конюшни были восстановлены в восемьдесят первом, сейчас девяносто девятый год. Восемнадцать лет ничего не происходило.
В глазах прецепта плясали чертенята - он же заставляет меня с ним спорить, доказывать свою точку зрения наперекор авторитету!
- Что доказывает, спрашиваешь? Во-первых, Филипп мог проявиться снова из-за того, что конюшни приобрели первозданный вид – в этом году Рональд Брэдли восстановил скаковой круг – точную копию дистанции на скачку Кубка чемпионов. А во вторых, на конюшню поставили нового жеребца по кличке Уголь. А он выглядит также как и Полуночный Экспресс, правда, не такой резвый, как прототип.
- А почему этот Филипп Коул продолжает мстить? Он добился своей цели – разорил тренера.
- Цели он как раз не добился. Он хотел стать чемпионом. Та скачка была его последним шансом.
- Почему последним? Ему было тридцать пять, он еще не стар.
- Филипп Коул был жокеем-стиплером, они рано уходят из спорта из-за травм. Тридцать пять – это уже солидный возраст.
- Придержал лошадь… это такое страшное обвинение?
Я кивнула.
- Хуже быть не может. Если жокей играет нечестно, скачки теряют смысл. На фаворитов обычно много ставят и букмекеры могут озолотиться, точно зная, какая лошадь не выиграет. Жокея, который заставляет лошадь проиграть, лишают лицензии.
- А если он в самом деле виноват? – Дерек продолжал задавать каверзные вопросы.
Я не согласилась:
- Ставкой был титул чемпиона, он бы ни за что не согласился на такое.
- Откуда ты знаешь? – Дерек недоверчиво хмыкнул.
- А ты попробуй позвонить миссис Брекетт и спросить у нее, что значит выиграть Кубок Чемпионов. И что такое, когда на английском Дерби лошадь приходит предпоследней, - съехидничала я.
- Поверю тебе на слово, - сказал Дерек. – Хотя, если увижу Сильвию, обязательно спрошу.
На мой вопросительный взгляд он пояснил:
- У меня нет ее номера телефона.

* * *

Утром мы вернулись в конюшни. Маршал выглядел не намного лучше, его тщательно осматривала хозяйка. Дерек отошел с ней поздороваться, а я заговорила с тренером:
- У вас есть заявки на ближайшие скачки?
Он тяжело вздохнул:
- Да, у меня заявлен Солнечный Полдень. Завтра его надо отправлять в Лос-Анжелес. Но если придется его снимать… это конец.
Солнечный Полдень был светло-рыжим жеребцом с темной гривой и хвостом и белой проточиной на голове. Он с любопытством выглядывал из стойла, беспокойно фыркая и переминаясь с ноги на ногу.
- Скучает уже в стойле. Не терпится ему – очень уж любит побеждать, - с невинной гордостью владельца пояснил Брэдли. – У него все шансы на победу, в отличной форме парнишка.
Конь фыркнул в очередной раз, благосклонно принял ласку тренера, потрепавшего его по шее, и отвернулся к поилке.
- Что такое проиграть Дерби? – донесся до нас голос Сильвии, она вопила так, что слышно было и в Сан-Франциско. – Это кошмар, настоящий кошмар! Я убить была готова этого идиота-жокея! Это же надо было так лопухнуться! Говорили ему – не жмись к канатам, Ангел не любит там скакать! А он позволил себя зажать в коробочку, на последнем барьере поздно дал шенкель – Ангел два корпуса на прыжке потерял! И скорость тоже! Хорошо, что не упал! И ведь подлеца не наказали, несмотря на то, что я жаловалась распорядителям. Ну, парень тоже расстроился. Да и номер он вытянул неудачный для Ангела – самый первый. Он со старта так и шел в коробочке.
Дерек пожалел, что спросил – эмоциональная речь Сильвии оказалась для него полной неожиданностью. Я тайком ухмыльнулась – говорила же, что такое проигрыш на скачках.
Позже я посоветовала ему задать такой же вопрос и жокею, но Дерек отказался:
- Спасибо за совет, я уже знаю, что мне ответят, - улыбнулся он.

* * *

На ночь мы остались в конюшне. Солнечный полдень тихо дремал в своем стойле, изредка фыркая или переступая с ноги на ногу. Тишина вокруг, слышно было лишь лошадей, да одинокого сверчка.Раз в полчаса мимо нас проходили охранники с собакой. Каждый раз овчарка обнюхивала Дерека и пробегала мимо.
Вскоре после полуночи Солнечный Полдень забеспокоился. Всхрапнул, метнулся в сторону, налетев на стену. Дерек заглянул в стойло.
- Никого, - прошептал он.
Конь беспокойно выглянул наружу, снова ушел вглубь стойла, скрывшись в темноте. Подбегавшая овчарка заскулила, остановившись, подняв голову, настороженно смотрела на двери, постепенно поджимая хвост. Внезапно взвизгнув, она помчалась прочь.
- Вот оно, - сказал Дерек, открывая дверь в стойло и включая в нем свет.
Конь спал. Изредка по его шкуре пробегала дрожь, он постепенно покрывался пятнами пота, словно не стоял на месте, а мчался по скаковой дорожке.
- Филип Коул! – отчетливо позвал Дерек.
Казалось, в углу замерцал новый источник света. Постепенно наливаясь тенями, он приобрел человеческий облик. Среднего роста, очень худой, бледный, как снег. Коричневые скаковые сапоги на тонкой подошве, белые бриджи, яркая красно-белая куртка, черный шлем. Жокей в скаковой форме. Он яростно смотрел на Дерека, держа руку на шее коня.
- Зачем ты это делаешь? – спросил прецепт.
Как ему удается быть таким спокойным, глядя прямо в лицо призраку? У меня колени плясали, и во рту пересохло, так что я не могла ни слова произнести.
- Он не дал мне выиграть, - тихо сказал призрак жокея. – И он больше не получит титула лучшего тренера.
- Константин Смит давно разорился и умер. С тех пор прошло уже шестьдесят лет.
Жокей огляделся:
- Ложь. Лошади те же и скаковой круг тот же. Это то самое место. Он загнал лошадь перед отправкой на скачку, и я делаю то же самое.
- Зачем он это сделал?
- Я любил его дочь. Он сказал, что я никогда не смогу на ней жениться, потому что я – ничтожество. Он сначала уничтожил меня, потом убил.
- Убил? – спросил Дерек.
- Да. Он приехал ко мне, сказал, что хочет помириться. Потом достал пистолет и выстрелил мне в висок.
- И ты не сопротивлялся?
- Я был пьян.
- Ты знаешь, что ты мертв?
Жокей усмехнулся.
- Конечно. Я шел вслед за похоронной процессией, смотрел, как меня кремируют. И никто не сказал, что я всегда скакал честно.
- А что случилось на скачке? – спросил Дерек. Я навострила ушки, впитывая каждое слово.
Коул не устоял перед возможностью оправдаться хоть перед кем-то:
- На старте Экспресс уже был уставшим. Я, как только сел в седло, почувствовал, что он не может бороться. Он сражался изо всех сил, но просто не мог, не был в состоянии. Я говорил тренеру, но он велел не выдумывать ерунду, а скакать и победить. И сказал, что, если я стану чемпионом, то женюсь на Кэти. А Экспресс не мог, он не мог победить! Я не стал его гнать. Он бы умер на скаковой дорожке от усталости, если бы я приказал ему скакать быстрее. Я пришел последним, а Смит стоял и смеялся. Смеялся потому, что знал, в каком состоянии Экспресс!
- Ты уверен, что выиграл бы? – Дерек гнул свою линию.
- Да, я бы победил!
Дерек оглянулся, встретился со мной глазами. Казалось, он спрашивает: «Сможешь»?
- Докажи, - твердо произнес прецепт. Что он такое задумал?
Призрак смерил его взглядом.
- Ты слишком тяжелый для жокея.
Дерек кивнул.
- Скакать буду не я.
Призрак нашел меня глазами, осмотрел с головы до ног.
- Годится. Экспресс будет соревноваться с Кардиналом. Завтра, в два часа дня.
- Договорились, - подтвердил прецепт.
Филип Коул исчез. Дерек, Дерек, что же ты наделал! Как ты мог так меня подставить?
- Я не смогу, - прошептала я, без сил прислоняясь к двери.
Дерек подошел ближе, заставил поднять голову и посмотреть ему в глаза.
- Кого ты заставишь пойти вместо себя?
Я вырвалась, отвела взгляд в сторону:
- Он был почти чемпионом, а я просто раз в неделю катаюсь на лошадях. Мне до него далеко. Я не справлюсь.
- Победы от тебя не требуется.
Я кивнула.
- Я знаю. Просто… он призрак.
- Боишься?
- Вроде того.
- Он ничего тебе не сделает. А чтобы освободиться, он должен победить в этой скачке. Помнишь, ты сама мне это доказывала?
До меня внезапно дошло, что Дерек стоит очень близко. На меня опять подействовала магия его взгляда его зелено-карих глаз. И его рука на моем плече… Я отошла в сторону.
- Хорошо. А мистер Брэдли согласится провести подобную скачку?
- А у него есть выход? – ответил Дерек.

* * *

Казалось, Рональд Брэдли был готов ухватиться за любую соломинку. Узнав, что его Солнечный Полдень цел и невредим и готов к соревнованиям, тренер был готов целовать песок под ногами Дерека, хотя и засомневался целесообразности предстоящей скачки. Даже начал возражать:
- Кардинал? Гнедой с белым чулком на правой передней. Это же Клондайк, самый резвый скакун в стране! Уголь ни за что его не обгонит! А кто на нем поскачет?
Узнав ответ, он со скепсисом посмотрел на меня:
- Вы, мисс Корис, когда начали на лошадях ездить? Вчера?
- В семь лет впервые на лошадь села.
- А когда на скачках выступать начали?
Я отрицательно покачала головой:
- Я не выступаю.
- И вы хотите, чтобы я доверил лошадь, которая стоит шесть миллионов долларов, неопытному любителю?! – Потом он несколько остыл. – Сначала я посмотрю, как вы, мисс, в седле держитесь.
Бриджи, сапоги и шлем моего размера в конюшне нашлись. Рубашку я оставила свою. Верхом на спокойной рабочей лошади я выехала на тренировочную дорожку. Предстояло преодолеть три учебных препятствия. Дерек стоял вместе с тренером возле последнего из них, недалеко от финиша. Послушная кобылка по имени Резеда легким галопом понеслась вперед после сигнала Смита, легко совершив все три прыжка практически без моей помощи – препятствия были ей хорошо знакомы.
- Еще раз, на полной! – донеслось до меня.
Быстро скакать Резеда не любила. Пришлось подгонять ее хлыстом и на подходах к препятствиям давать посыл на прыжок. Финишировав, она закружилась на месте, не желая возвращаться на старт.
Смит отправил нас в конюшню, велев вернуться на другой лошади, Строптивом. Но на учебных препятствиях ни Дерека, ни Смита не было – они перебрались к скаковому кругу и махали мне оттуда.
- Пройдешь один круг, - распорядился Смит. – Шесть препятствий. Галоп вполсилы, не утомляй лошадь. И держи коня крепче, у него привычка переть вперед, как паровозу, пока не упадет от усталости.
На скаковой дорожке я была впервые. Строптивый насторожил уши – он был радостно изумлен, узнавая обстановку ипподрома. Конь гарцевал, готовясь к старту. Смит махнул рукой и Строптивый помчался вперед, не обращая внимания на сигналы поводьев. Он отчаянно сопротивлялся сигналам снизить скорость, но уже перед самым препятствием все же сдался.
Прыгал он отлично, но никак не мог решить сам, как подходить к препятствию, приходилось то давать шенкель, то тянуть повод на себя. Пройдя круг, он снова загарцевал, пытаясь утянуть меня сделать еще кружочек, ведь он совсем не устал и так давно не испытывал свои силы…
- Крепче держать надо, он понес со старта, - ворчливо заметил Смит. – Ладно, попробуем Клондайка. В леваде.
Гнедой Клондайк был норовистым стиплером. Высокий, массивный, с изящной шеей, он фыркал, гарцевал, не желая никого к себе подпускать. Садилась я на него уже в леваде, под строгим присмотром тренера.
- Аккуратней, он сбросить может, - предупредил меня мальчишка-конюх, отпуская повод.
Клондайк немедленно воспользовался обретенной свободой и легко поскакал по кругу. Почувствовав, что я его направляю на препятствие, он злобно фыркнул и поддал задом, потом резко встал на дыбы. Я чудом удержалась, обхватив коня за шею. Клондайк захрапел и встал, не реагируя ни на шенкель, ни на повод:
- Ах ты, вредный гад! – я натянула повод. Конь закружился на месте, не позволяя себе приказывать, за что и получил хлыстом. Внезапно он помчался галопом, прыгнул через препятствие, еще круг… Я мысленно его обругала и все же сумела остановить. Если он так поведет себя во время скачки, то мне нечего делать ипподроме.
- Надо же, сладила! – Смит с гордостью смотрел на Клондайка. – Ну, посмотрим, что в два часа будет! Он сделает Угля, как пить дать!

* * *

Неуклонно приближалось время скачки. Я, нервничая, ходила из угла в угол конторы Смита. Вошел Дерек:
- Волнуешься?
Я зло на него посмотрела.
- Филип хочет выиграть Кубок Чемпионов. Как он это сделает, если моя лошадь гораздо быстрее?
- Он сам выбрал. Думаешь, он проиграет?
- Вот именно. Он хоть и опытней, но Смит говорит, что Углю не хватит сил на финишный рывок.
- И что ты предлагаешь?
- Я упаду на последнем препятствии.
- Что?!
- У тебя есть другие предложения?
Дерек промолчал, о чем-то напряженно думая.
- А если ты придержишь лошадь?
Я рассмеялась.
- То, что я умею делать, очень легко заметить со стороны, особенно опытному глазу. Думаешь, призрак воспримет всерьез подстроенную победу?
- А если ты разобьешься?
- Не выдумывай, - веселое безрассудство завладело мной. – Я уже не раз вылетала из седла и, как видишь, до сих пор цела.
- Но как ты это сделаешь?
Я задумалась, выбирая вариант:
- Перед препятствием выну ноги из стремян, а когда конь приземлится, нырну вперед. Конь меня перепрыгнет.
- Вперед… то есть, прямо под копыта?
- Дерек, кто из нас на лошадях ездит? Я знаю, что делаю, - он меня уже злил.
- Надеюсь на это.

* * *

Без пятнадцати два лошадей вывели к старту. Филип Коул, все такой же бледный, уже стоял там, ожидая нас. Он мрачно оглядел пустынный скаковой круг, лошадей, нас, погладил Угля по шее и легко взлетел в седло. Я тронула прецепта за плечо, попросила подсадить на лошадь. Клондайк нетерпеливо загарцевал, торопясь на скаковую дорожку.
- Прошу на парадный круг, - пригласил меня призрак жокея.
Дерек шепотом спросил:
- Что это значит?
- Перед началом скачки лошадей выводят на всеобщее обозрение, - пояснил Смит. – Господи, он что, в самом деле призрак?
Рональд Смит побледнел и не решился сам повести лошадь по парадному кругу, предоставив это Дереку.
- Надо вывести лошадь вслед за ним, - подсказал тренер. – Вон как тот.
И в самом деле, Уголь шел не сам, его вели за повод. Еще один призрак, с абсолютно неразличимыми чертами. Просто конюх. Дерек взял Клондайка за повод и повел следом.
Скаковой круг менялся на глазах. Разметка стала яснее, появились флаги, трава на поле стала выше. Откуда-то появился гул многотысячной толпы, голос комментатора объявлял о начале скачки. Между Клондайком и Углем появились еще две лошади с жокеями, позади нас – еще три.
В Кубке Чемпионов в тридцать девятом стартовало семь лошадей. Призовой фонд – десять тысяч долларов. Гонорар жокея, занявшего первое место – три тысячи. Бешеные деньги по тем временам, вспоминала я информацию из статьи.
Лошади вышли на старт. Филип Коул привстал в стременах, подобрал поводья и внимательно следил за стартером. Я также изготовилась. От Клондайка исходила волна нетерпения, он в нетерпении тянул морду вперед, дожидаясь сигнала Смита. Наконец, тот махнул белым платком и лошади сорвались с места.
Два круга, дистанция – три с половиной мили, шестнадцать препятствий. Клондайк неистово рвался вперед, стремясь обогнать всех и вести скачку. Я подалась вперед, максимально перенеся вес на плечи лошади, и почти легла на шею коня, снижая сопротивление ветра. Скачки… безумие, если смотреть со стороны. Скорость, ветер в лицо, топот копыт и свобода, абсолютная свобода в пределах скакового круга. Ощущение скорости пьянило и мысли об осторожности и собранности рассыпались в прах.
Первое препятствие Клондайк взял чисто, выиграв в воздухе практически целый корпус. Плохо, потому что я перестала видеть остальных лошадей, а рисковать и оглядываться не могла. Плавный поворот, за ним второе препятствие. Я неправильно вывела коня к препятствию, слишком отклонившись с поля, и пришлось прыгать с неудобного угла. Клондайк зацепил верхний край забора, приземлился, едва не ткнувшись головой в дорожку, но удержался на ногах, правда, сильно потеряв скорость. Уголь вырвался вперед.
Теперь Филип вел скачку так, как ему было удобно. Он оглянулся, сверкнул улыбкой, убедившись, что мы отстали минимум на два корпуса и погнал коня вперед. Что поделаешь – мастер своего дела! Он двигался в унисон с конем, держа его точно на рассчитанной идеальной траектории.
Клондайк прибавил скорость, не желая отставать. Всю свою агрессию и вредность он направлял на победу, не желая никому уступать. Перед выходом на второй круг мы шли вровень, призрачные лошади отстали.
- Бери к бровке, а то опять облажаешься, - крикнул Коул, весело улыбнувшись.
- Не беспокойся, я тебя еще сделаю! – ответила я.
Не было причин проигрывать – мы сражаемся за победу честно! Мастерство против резвости, опыт против силы. Посмотрим еще, чья возьмет!
Перед вторым препятствием на круге Уголь ускорился и отыграл два корпуса перед прыжком, а мне пришлось придержать Клондайка. После небольшого подъема Коул нещадно подгонял коня, вырываясь далеко вперед. Врешь, не возьмешь! Я натянула повод сильнее, не давая Клондайку тратить слишком много сил на трудном участке. Ничего – догоним на спуске.
Теперь подряд три препятствия – забор, канава и забор. Правильно рассчитать дистанцию на первое – и два остальных в кармане. Я выслала Клондайка вперед, он прыгнул… ура, чисто! Канаву мы перепрыгнули даже с запасом, а забор после нее – просто семечки.
Впереди последний барьер, а Уголь все еще впереди на три корпуса. Надо ли падать? Я решила, что не стоит. Клондайк начал уставать, но по-прежнему рвался вперед. Коул оглянулся, смерил расстояние между нами и выслал скакуна вперед. Его мастерство поражало – он прекрасно сохранил силы лошади на финиш. Сделав последний прыжок, Клондайк яростно прижал уши – соперник впереди его раздражал. Дюйм за дюймом он сокращал разрыв, стремясь к победе, но финишный столб неуклонно приближался. Корпус, полкорпуса… я почти стояла в седле, обхватив коленями загривок коня, помогая ему вырваться вперед. Но финиш Уголь прошел первым, хоть и всего на голову.
Филип Коул радостно вскинул руки, приветствуя несуществующую толпу, Уголь бил копытом и раздавал всем поклоны. Что ж, им можно – они победители. Мне оставалось лишь тащиться позади. Филип развернул коня подъехал ко мне.
- Спасибо! Потрясающая была скачка! – он сиял от счастья, улыбаясь во все тридцать два зуба.
- Поздравляю! – на большее меня не хватило. Коул протянул мне руку, я пожала ее. Вполне материальная для призрака. Даже теплая.
- Ничего, и у тебя будет свой Кубок Чемпионов, - при этих словах я невольно оглянулась на Дерека. Тот с тревогой наблюдал за нашей беседой.
- Уверена, что приз хорош? – с легкой насмешкой спросил призрак.
- Кубок Чемпионов, - отшутилась я. – Да вот только на какой лошади подъехать?
Коул расхохотался, потом наклонился и кое-что прошептал мне на ухо. Пришла моя очередь улыбаться.
- Мне пора, - вдруг сказал он. – Я действительно мог стать чемпионом!
Седло Угля опустело. Я подхватила упавший повод, потянула на себя и привязала к луке седла. Тронула коленом бок Клондайка, направила его к конюшне. Во время скачки я настолько вымоталась, что едва держалась в седле. Подъехав к выходу с дорожки, я вынула ноги из стремян и позволила себе соскользнуть вниз. Дерек вовремя меня подхватил, а то бы я не удержалась на ногах.
- Ты в порядке? – спросил он.
- Просто устала, - я позволила себе провисеть минуту в его объятиях, потом высвободилась. – Мне надо в душ, от меня несет конским потом.
Ноги просто гудели. Надо же, проиграла копию главных национальных скачек в США и это на самой лучшей лошади, которую только можно представить. Не бывать мне жокеем. Да и не хотела я такого.

* * *

Дерек вел машину в сторону Сан-Франциско, время от времени задумчиво поглядывая на меня.
- Что такого тебе сказал призрак?
- Это когда? – изобразила я полную наивность.
- Когда шептал тебе что-то на ухо.
- Ах, это! – я снова разулыбалась. – Просто пошутил.
- А все же? – не отставал Дерек.
- Он сказал, что юбка должна быть короче, декольте – глубже, а двигаюсь я правильно.
Дерек через минуту фыркнул, пытаясь сдержать смех и покраснел.




avatarIn-spirationНаследник
Наследник
Читает журнал с : 2008-07-16

Сообщений : 3519

Сообщение 2 | Re: (МС) Жажда победы
Записано в Журнал: в Март 17th 2011, 20:14
Безумно люблю лошадей, а в такой истории втройне все интересней. Людмила, спасибо за украшенный вечер! Благодарю!
Katrin_J.Знаток PtL
Знаток PtL
Читает журнал с : 2009-10-29

Сообщений : 1265

Сообщение 3 | Re: (МС) Жажда победы
Записано в Журнал: в Март 17th 2011, 21:05
Спасибо, Людмила, очень живо, динамично и интересно, всегда исподволь интересовалась конным спортом, до хорошей практики дело не дошло. Поэтому еще разок - спасибо большое! Здорово!
avatarАленушкаПостоянный Участник
Постоянный Участник
Читает журнал с : 2010-10-03

Сообщений : 213

Сообщение 4 | Re: (МС) Жажда победы
Записано в Журнал: в Март 17th 2011, 22:42
Здорово! Вы конным спортом занимались?
avatarЛюдмилаПостоянный Участник
Постоянный Участник
Читает журнал с : 2010-10-30

Сообщений : 292

Сообщение 5 | Re: (МС) Жажда победы
Записано в Журнал: в Март 18th 2011, 05:04
Конным спортом я, к сожалению, не занимлась, но ездить верхом очень люблю. И лошадей обожаю, хотя некоторые из них обладают весьма сложным характером
avatarEteriПостоянный Участник
Постоянный Участник
Читает журнал с : 2010-01-16

Сообщений : 236

Сообщение 6 | Re: (МС) Жажда победы
Записано в Журнал: в Март 19th 2011, 20:31
Спасибо за приятные впечатления. Лошади-прекрасные животные!
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения